Польский Сейм не смог преодолеть вето президента Кароля Навроцкого на закон о рынке криптоактивов. В результате в стране сохраняется необычный регуляторный перекос: польская криптокомпания пока не может пройти полноценную процедуру получения CASP-разрешения у себя дома, а компания с лицензией MiCA из другого государства ЕС может легально обслуживать польских клиентов через механизм трансграничной работы.
Голосование прошло 4 сентября. За повторное принятие закона выступил 241 депутат, против проголосовали 198, ещё 3 воздержались. Для преодоления президентского вето требовалось 266 голосов — сторонникам закона не хватило 25.
Проблема здесь не в самом MiCA. Европейский регламент действует напрямую, однако для выполнения части его требований каждой стране нужен национальный компетентный орган. В Польше такой орган для поставщиков услуг с криптоактивами до сих пор формально не назначен.
В проекте эту роль должна была получить KNF — Комиссия финансового надзора Польши. Сам регулятор 4 сентября отдельно подтвердил, что без вступления соответствующего национального закона в силу он не может начать и провести процедуру выдачи CASP-разрешения. Исключение касается отдельных полномочий в отношении эмитентов токенов электронных денег.
Особенно болезненно это стало после окончания переходного периода MiCA. Он завершился 1 июля 2026 года, а прежняя польская регистрация деятельности с виртуальными валютами больше не даёт права продолжать работу как CASP.
CASP — это поставщик услуг в сфере криптоактивов: например, криптобиржа, кастодиан, брокер или другой сервис, деятельность которого подпадает под MiCA. Польская компания сейчас не может начать и закончить национальную процедуру авторизации до тех пор, пока законом не будет назначен соответствующий регулятор.
А вот у компаний из других стран ЕС ситуация иная. Статья 65 MiCA разрешает CASP, получившему авторизацию в одном государстве Евросоюза, предоставлять услуги в других странах после уведомления своего домашнего регулятора. Отдельная польская лицензия или физический офис в Польше для этого не требуются.
Такой механизм уже используется на европейском крипторынке. Например, WhiteBIT EU получила MiCA-разрешение в Австрии, после чего может расширять регулируемые услуги на другие страны европейского рынка с учётом процедуры паспортинга.
Получается довольно неприятная для местного бизнеса конструкция. Компания, для которой Польша является домашним рынком, не имеет работающего национального пути к CASP-разрешению. А конкурент, уже авторизованный, например, в Австрии, Германии или другом государстве ЕС, может получить трансграничный доступ к тем же польским клиентам.
Президент Кароль Навроцкий наложил вето на закон 11 июня. Сам документ парламент принял 15 мая. Навроцкий подчёркивал, что выступает за регулирование крипторынка и защиту потребителей, но не согласен с конкретной польской моделью применения MiCA. По его оценке, в итоговой версии была учтена лишь небольшая часть изменений, которых добивалась президентская канцелярия.
После провала голосования 4 сентября майский закон уже не сможет вступить в силу в этой редакции. Однако начинать законодательную работу полностью с нуля не обязательно: в Сейме уже находится другой депутатский проект закона о рынке криптоактивов, внесённый в июне. Он пока не прошёл весь законодательный процесс.
Когда Польша в итоге получит работающий национальный режим авторизации CASP, неизвестно. До принятия соответствующего закона местные криптокомпании остаются без нормального домашнего маршрута к лицензированию, тогда как компании с MiCA-разрешениями других стран ЕС сохраняют возможность выходить на польский рынок.
Именно это делает историю важнее обычного спора между президентом и парламентом. Пока политики спорят о конкретной конструкции закона, регуляторный пробел уже создаёт вполне практическую разницу в условиях работы для польских и иностранных криптокомпаний.
Источники: UKNF.